Иногда натыкаешься на отрывки текстов, которые как бы сами тебе настойчиво говорят: "Переведи меня". И непонятно зачем очень быстро и с удовольствием делаешь это. Вот вчера наткнулся на форуме Грэма на рассказ Роберта Адамса о встрече с Раманой. Источник там (http://www.arunachala-ramana.org/forum/index.php?topic=6966.0) не указан, но по стилю не приходится сомневаться, что это точно Роберт:)
Я прожил в Раманашраме примерно года полтора. Это случилось в конце 1948-го. Я остановился у Артура Осборна, в его доме. В те дни, когда приезжали иностранцы, им приходилось уживаться с Артуром Осборном, причем в большинстве случаев селили к нему без его ведома.
И вот как-то вечером примерно часа в четыре Шри Рамана пришел в этот небольшой домик и принес мне манго. И он сел на табуретку в углу комнаты. Я сел на кровать. Мы посмотрели друг на друга и мы улыбнулись. Он подарил мне одну из своих прекрасных присущих лишь ему белозубых улыбок. И я знал, что нам надо молчать, нам не надо ничего говорить, потому что говорить не о чем. Но неожиданно он задал мне вопрос. И я спросил его: «Рамана, что более важно, быть в присутствии Мудреца или практиковать самостоятельно атма-вичару, самоисследование?» Ответ я уже знал, но было чувство, что правильно будет задать ему этот вопрос.
И он знал, что я знаю ответ. Он подождал несколько секунд, а потом сказал: «Джняни и есть атма-вичара. Джняни и есть Самость, твоя Самость». Так что когда кто-то находится в присутствии Джняни, вся садхана проходит в ускоренном темпе. Все что нужно сделать, делается. Когда находишься в присутствии подлинного Джняни».
Тогда я снова спросил его: «Как так получается, что так много людей приходят к тебе, и только некоторые чувствуют это? Кто-то не чувствует ничего. Кто-то уезжает разочарованным. А у некоторых исполняются все мечты». Снова я знал ответ.
Он подождал около минуты и сказал: «Это зависит от зрелости искателя. Это зависит от искренности искателя. Как ты можешь заметить, многие приезжают ко мне, чтобы составить впечатление, а потом они едут на поиски другого учителя. Они едут куда-то еще. Они путешествуют по всей Индии. А потом возвращаются в Англию или в Голландию, или в Соединенные Штаты и говорят своим друзьям, что они посетили 10 Джняни. Тем не менее с ними ничего не произошло. Но если кто-то искренен и полностью отдает себя Джняни, тогда тот Джняни, благодать того Джняни автоматически воспримется индивидуумом, и такой индивидуум достигает огромного прогресса. Но этот человек должен быть по-настоящему искренен». Он пояснил слово искренен: «Я имею в виду, что он должен быть преданным. Забыть о себе полностью, совершенно, и слиться с Джняни».
Тогда я задал ему еще один вопрос: «Каков наиболее легкий и наиболее эффективный способ выполнения атма-вичары, самоисследования?» Снова он улыбнулся, подождал несколько секунд, а потом сказал: «Всегда, во всех ситуациях намеренно осознавать «я есть». Не имеет значения, что ты делаешь и где ты, – осознавай «я есть» в твоем сердце. Это самая эффективная практика».
четверг, 19 апреля 2012 г.
понедельник, 9 апреля 2012 г.
Из бесед с Рамакантом Махараджем: "Об одной ма-а-аленькой ошибочке..."
В прошлом году вышла небольшая, но очень емкая книжечка Сиддарамешвара Махараджа, составленная из ранее неопубликованных бесед: "Vachanamrut".
На этом видео я попросил Рамаканта Махараджа прокомментировать одно из непонятных мест.
На этом видео я попросил Рамаканта Махараджа прокомментировать одно из непонятных мест.
суббота, 31 марта 2012 г.
Рамакант Махарадж о необходимости нама-мантры, и о том... что без нее все-таки можно обойтись.
В клипе Рамакант Махарадж цитирует историю Эклави из Махабхараты. Он очень часто обращается к этой притче, считая ее уникальной. Звучит история так (пересказываю по памяти):
Юноша по имени Эклави очень хотел научиться стрельбе из лука. Но он был из низкой касты, а в те времена существовали жесткие кастовые ограничения на обучение воинским искусствам. И когда Эклави обратился со своей просьбой к Дроначарье, учителю Пандавов, тот отослал его прочь.
Тогда Эклави ушел в лес, сделал из дерева статую Дроны и стал обучаться стрельбе из лука самостоятельно, обращаясь за указаниями к этой статуе. И в конце концов овладел искусством срельбы в совершенстве.
Однажды Пандавы поехали в лес на охоту. Вдруг неожиданно их собаки одна за другой прекратили лаять. Пандавы очень удивились, и когда разыскали собак, обнаружили, что каждая из них держит в зубах по стреле. Это Эклаве, которому собаки досаждали лаем, посылал стрелы так, чтобы не убивать собак, но чтобы те хватали стрелы зубами и,таким образом, прекращали свой лай. Никто из Пандавов не умел так искусно стрелять.
Охотники нашли самого Эклави, и Дрона спросил, кто обучил его этому искусству. Эклави ответил: "Это вы меня обучили". Дрона сказал, что этого не может быть, что он прогнал его. И тогда юноша рассказал историю со статуей.
Тогда Дрона сказал: "Если я твой учитель, я хочу получить Гуру-дакшину". Эклави ответил, что отдаст ему все, что тот пожелает. И Дроначарья попросил у юноши большой палец правой руки, который очень важен при стрельбе из лука.
Эклави не задумываясь, отсек себе палец и отдал своему Гуру.
История Эклави многомерна и Рамакант Махарадж считает ее уникальной. Особенно он акцентирует внимание на том, что Эклави, получив знание, не задумываясь, согласился расстаться с ним. Оно больше не имело для него ценности.
суббота, 24 марта 2012 г.
100-летний юбилей Ранджита Махараджа
В январе этого года исполнилось 100 лет со дня рождения Ранджита Махараджа. Меня пригласили в Мумбай на Джайянти. Празднование длилось три дня, я посетил два последних. Вот фотография зала "Свастик Лиг", где проходило большинство мероприятий:
Конечно, мы посетили и комнату Махараджа на Дубаш Лэйн и самади на Банганге.
Кульминацией стала ночная процессия с песнями и танцами по улицам Мумбая. К сожалению, у меня как обычно села батарейка в фотике, и пришлось снимать на мобильник:
Мы шли что-то около часа от зала до дома Мастера, пугая ночные машины и автобусы, и там исполнили арати. Воздух гудел от энергии. Не думал, что осмелюсь шлепать по мумбайской грязище босиком. Конечно, этого не требовалось, но ... захотелось:)
Потом кто-то вытащил ящик с фейерверком прямо на середину проезжей части и устроили салют:
Разумеется, такие процессии не сегодня придумали. Во времена Нисаргадатты Махараджа все это тоже было. И он во всем этом принимал участие, и он три раза в день пел баджаны -- а не только сидел у себя дома и учил-наставлял иностранцев, как кому-то может показаться из книжек, которые эти иностранцы потом написали.
Конечно, мы посетили и комнату Махараджа на Дубаш Лэйн и самади на Банганге.
Кульминацией стала ночная процессия с песнями и танцами по улицам Мумбая. К сожалению, у меня как обычно села батарейка в фотике, и пришлось снимать на мобильник:
Мы шли что-то около часа от зала до дома Мастера, пугая ночные машины и автобусы, и там исполнили арати. Воздух гудел от энергии. Не думал, что осмелюсь шлепать по мумбайской грязище босиком. Конечно, этого не требовалось, но ... захотелось:)
Потом кто-то вытащил ящик с фейерверком прямо на середину проезжей части и устроили салют:
Разумеется, такие процессии не сегодня придумали. Во времена Нисаргадатты Махараджа все это тоже было. И он во всем этом принимал участие, и он три раза в день пел баджаны -- а не только сидел у себя дома и учил-наставлял иностранцев, как кому-то может показаться из книжек, которые эти иностранцы потом написали.
суббота, 17 марта 2012 г.
Из бесед с Рамакантом Махараджем: "Не пытайтесь повторить чужие экспириенсы!"
Очень важный момент в понимании. Не надо ровняться на чужие экспириенсы. Всякий экспириенс -- это всего лишь телесное знание. Всякое "Знание" о чужом экспириенсе -- это всего лишь знание вашего тонкого тела, а значит, Иллюзорное Знание.
Не следует ждать от себя повторения чьих-то экспириенсов, а если такое случается -- это не есть Подлинное Знание. Если такое Понимание есть, в дискуссиях об истинности чьей-то "просветленности" видится не больше смысла, чем в обсуждении жизни на Марсе.
Вот выдержка из бесед с Рамакантом Махараджем на эту тему:
Не следует ждать от себя повторения чьих-то экспириенсов, а если такое случается -- это не есть Подлинное Знание. Если такое Понимание есть, в дискуссиях об истинности чьей-то "просветленности" видится не больше смысла, чем в обсуждении жизни на Марсе.
Вот выдержка из бесед с Рамакантом Махараджем на эту тему:
воскресенье, 11 марта 2012 г.
Из бесед с Рамакантом Махараджем, "Если уберешь палец, не увидишь луны..."
Многие беседы с Рамакантом Махараджем в этом году были засняты на видео. Кое-что постепенно буду выкладывать в блоге.
четверг, 8 марта 2012 г.
Приехал, снова начинаю сюда писать
Приехал...:) Подумал, что же написать сюда... или вообще перестать сюда писать...
Напишу сразу самое главное, что сделалось понятным... или как там это сказать :), а потом как получится.
Главное -- это то, что Окончательное Понимание -- это не-событие. Это не событие во времени. Это не просто НЕ экспириенс, который можно описать, это ТО, о чем нельзя даже вспомнить, потому что все, о чем можно вспомнить, будь то лучезарный свет, опыт полного растворения "я" или еще что-то такое -- это все события. И никакое событие -- какими бы расчудесными они ни были -- не имеет отношения к Окончательному Пониманию.
Так что не надо ничего ждать. То есть ждать, ради бога, можно чего угодно, но ожидать Окончательного Понимания совершенно бессмысленно. Оно не есть неожиданное, оно есть не-ожидаемое.
На фото: С Рамакантом Махараджем в Патари, на родине Сиддарамешвара Махараджа
Напишу сразу самое главное, что сделалось понятным... или как там это сказать :), а потом как получится.
Главное -- это то, что Окончательное Понимание -- это не-событие. Это не событие во времени. Это не просто НЕ экспириенс, который можно описать, это ТО, о чем нельзя даже вспомнить, потому что все, о чем можно вспомнить, будь то лучезарный свет, опыт полного растворения "я" или еще что-то такое -- это все события. И никакое событие -- какими бы расчудесными они ни были -- не имеет отношения к Окончательному Пониманию.
Так что не надо ничего ждать. То есть ждать, ради бога, можно чего угодно, но ожидать Окончательного Понимания совершенно бессмысленно. Оно не есть неожиданное, оно есть не-ожидаемое.
На фото: С Рамакантом Махараджем в Патари, на родине Сиддарамешвара Махараджа
вторник, 20 декабря 2011 г.
Уезжаю в Индию
наступил один из самых главных праздников в году: уезжаю в Индию.
Буду там до марта, так что читайте пока архивы:)))) А меня ждет Насик!
Буду там до марта, так что читайте пока архивы:)))) А меня ждет Насик!
суббота, 17 декабря 2011 г.
Сиддарамешвар о том, как следует медитировать
Рамаканта Махараджа часто спрашивают, как именно следует медитировать. Возможно, эти советы от Сиддарамешвара кому-то помогут "нащупать" ответ. Публикую главу "Как выполнять духовную практику (садхану)" полностью:
Можно читать разные писания и предания, но это все бесполезно без Знания Себя. В этом мире только один путь ведет к освобождению. Следует изучать Себя (Атман). Знайте, что все пять элементов суть только один – это Высшая Самость, Параматман, то что наполняет собой все. Необходимо прийти к такому пониманию.
Вначале следует медитировать с помощью мантры (имени Бога или изречения), данной Гуру. Новички могут могут видеть различные цвета, такие как желтый, белый, голубой. Вначале это нормально, но ни одному из этих явлений не следует придавать значения. Медитацию следует выполнять со спокойным умом утром и вечером. После того как вы утром проснулись, умылись и т. д., следует посвятить некоторое время медитации, чтобы утихомирить ум. Медитировать следует в специально подготовленном месте. Если есть такая возможность, не следует медитировать там, где вы обычно сидите или спите. Лучше всего, если это место специально используется для практики медитации. Можно сидеть в темноте ночью или при дневном свете, и ваша поза должна быть естественной и удобной. Вы должны быть расслаблены, в мышцах не должно быть напряжения. Не следует делать такие вещи как задержка дыхания и пр. Простая удобная поза лотос – это самое лучшее. Тем кто уже достиг лучшего понимания следует регулярно концентрировать ум на Самости и в покое удерживаться в собственной Подлинной Природе, изначально существующем Брахмане, которым вы и являетесь. Надо попробовать войти в самадхи, «Трансцендентальное Блаженство».
Вам не так просто будет где-нибудь еще в этом мире узнать об этом великом пути к осознанию Брахмана, к осознанию Самости. Служить Гуру – это не только заботиться о нем физически. Вам следует регулярно выполнять тот тип медитации, который он вам дал. По крайней мере, раз в неделю вам следует попробовать медитировать на час дольше обычного. Если по причине бедности вы не можете поехать к Гуру, вы можете, по крайней мере, медитировать дома, концентрироваться на Самости и петь песни Преданности (баджаны) с любовью к Богу. Поймите, что тот, кто исполняет эти песни, это Сам Бог, но не бросайте медитировать. Следует каждый вечер читать двенадцать Абханг. Сам Господь Виттхал благословил святого Тукарама на то, что каждый, кто будет читать регулярно эти Абханги, обретет Знание Себя.
Даже если в доме кто-то умер, не делайте перерыва в медитациях. Медитировать следует регулярно. Даже если у женщин месячные, им надо медитировать. У них не должно быть на этот счет никаких сомнений. Предположим, завтра у вас намечается очень занятый день. Помедитируйте подольше сегодня, но никогда не делайте перерыва. Если работы столько, что у вас даже нет времени пообедать, – тут уж ничего не поделаешь. Считайте, что нашли оправдание. Но даже тогда надо, чтобы в сердце у вас было жгучее желание медитировать на Бога. Медитируйте так, и вы автоматически обретете Знание.
Помните о Боге. Никогда не причиняйте никому вреда и никого не обвиняйте. Какое вам дело до того, что они совершили? Всякий пожнет плоды своих дел. Ложь ни с кем не обойдется по-родственному. Кто причиняет вред другим, испытает его на себе. Вы можете хвалить других за хорошие качества, но не критикуйте их пороки. Будьте глухи к сплетням. Сплетни подогревают враждебность и разрушают дружбу. Пожалуйста, помните об этом. Нужно ежедневно петь баджаны, предлагать Богу пищу, читать гимны, провожать Богов ко сну и только потом ложиться самому. Если будете жить с такой лишенной желаний Преданностью, Бог благословит вас.
Можно читать разные писания и предания, но это все бесполезно без Знания Себя. В этом мире только один путь ведет к освобождению. Следует изучать Себя (Атман). Знайте, что все пять элементов суть только один – это Высшая Самость, Параматман, то что наполняет собой все. Необходимо прийти к такому пониманию.
Вначале следует медитировать с помощью мантры (имени Бога или изречения), данной Гуру. Новички могут могут видеть различные цвета, такие как желтый, белый, голубой. Вначале это нормально, но ни одному из этих явлений не следует придавать значения. Медитацию следует выполнять со спокойным умом утром и вечером. После того как вы утром проснулись, умылись и т. д., следует посвятить некоторое время медитации, чтобы утихомирить ум. Медитировать следует в специально подготовленном месте. Если есть такая возможность, не следует медитировать там, где вы обычно сидите или спите. Лучше всего, если это место специально используется для практики медитации. Можно сидеть в темноте ночью или при дневном свете, и ваша поза должна быть естественной и удобной. Вы должны быть расслаблены, в мышцах не должно быть напряжения. Не следует делать такие вещи как задержка дыхания и пр. Простая удобная поза лотос – это самое лучшее. Тем кто уже достиг лучшего понимания следует регулярно концентрировать ум на Самости и в покое удерживаться в собственной Подлинной Природе, изначально существующем Брахмане, которым вы и являетесь. Надо попробовать войти в самадхи, «Трансцендентальное Блаженство».
Вам не так просто будет где-нибудь еще в этом мире узнать об этом великом пути к осознанию Брахмана, к осознанию Самости. Служить Гуру – это не только заботиться о нем физически. Вам следует регулярно выполнять тот тип медитации, который он вам дал. По крайней мере, раз в неделю вам следует попробовать медитировать на час дольше обычного. Если по причине бедности вы не можете поехать к Гуру, вы можете, по крайней мере, медитировать дома, концентрироваться на Самости и петь песни Преданности (баджаны) с любовью к Богу. Поймите, что тот, кто исполняет эти песни, это Сам Бог, но не бросайте медитировать. Следует каждый вечер читать двенадцать Абханг. Сам Господь Виттхал благословил святого Тукарама на то, что каждый, кто будет читать регулярно эти Абханги, обретет Знание Себя.
Даже если в доме кто-то умер, не делайте перерыва в медитациях. Медитировать следует регулярно. Даже если у женщин месячные, им надо медитировать. У них не должно быть на этот счет никаких сомнений. Предположим, завтра у вас намечается очень занятый день. Помедитируйте подольше сегодня, но никогда не делайте перерыва. Если работы столько, что у вас даже нет времени пообедать, – тут уж ничего не поделаешь. Считайте, что нашли оправдание. Но даже тогда надо, чтобы в сердце у вас было жгучее желание медитировать на Бога. Медитируйте так, и вы автоматически обретете Знание.
Помните о Боге. Никогда не причиняйте никому вреда и никого не обвиняйте. Какое вам дело до того, что они совершили? Всякий пожнет плоды своих дел. Ложь ни с кем не обойдется по-родственному. Кто причиняет вред другим, испытает его на себе. Вы можете хвалить других за хорошие качества, но не критикуйте их пороки. Будьте глухи к сплетням. Сплетни подогревают враждебность и разрушают дружбу. Пожалуйста, помните об этом. Нужно ежедневно петь баджаны, предлагать Богу пищу, читать гимны, провожать Богов ко сну и только потом ложиться самому. Если будете жить с такой лишенной желаний Преданностью, Бог благословит вас.
среда, 14 декабря 2011 г.
Сиддарамешвар Махарадж о "заслугах" и "внутренне судье"
Говорят, что если вы сделаете какую-то определенную вещь, по вам зачтется заслуга. Зачем вы хотите заслугу? Истинная заслуга в том, чтобы отказаться от состояния дживы. Тогда следование религии других становится грехом. Как может Параматман, которым вы являетесь, следовать религиям других? Он вмещает в себя все. Благодаря Его изначально присутствующему величию, Он естественным образом наполнен «Высшим Блаженством» (Параманандой). Если кто-то обругает вас нехорошими словами, вы этот запомните, но вы даже не замечаете Знания, которое щедро изливается на вас. Это признак вашего бытия как индивидуума. Пусть вас обзывают последними словами, но будьте уверены, что вы Бог, – и вы увидите, какое произойдет чудо. Как только внутренний судья вынесет решение, что вы Бог, это решение никогда не поменяется. Вот и все, говорить больше не о чем.
вторник, 29 ноября 2011 г.
В блоге "pfyffenegg" появился хороший перевод клипа Нисаргадатты. Рекомендую всем читателям "хутора".
среда, 23 ноября 2011 г.
Сиддарамешвар Махарадж проводит параллель с шахматами
Вот еще очень полезный для самоисследования отрывочек из "Master of the Self".
Если взять шахматы, идея там в том, что король не должен быть подавлен фигурами противника. Так что, если вы подавлены, вы определенно попались, и ваш ум бесполезен. Тот кто осознал Брахман не подавляется ничем. Отставить в сторону всякую активность называется медитацией, а когда активность ума останавливается, это Брахман. Освободить дом значит вынести из него все. Тогда останется дом как таковой. Король не должен быть подавлен. Иллюзия, как правило, дает что-то, а потом забирает это обратно. Мы должны научиться всегда быть свободными. Кто-то падает мне в ноги. Ну и нормально. Он это делает для ног. Почему это должно меня волновать? Кто-то ходит неуклюже или странно себя ведет. Пусть делает что угодно! Почему это должно меня волновать? Нам можно только наблюдать.
Самость нельзя ставить в позицию шахматного мата. Цель Иллюзии (Майи) поработить вас любыми средствами. Даже просто испуская вонь прямо вам в нос, она хочет, чтобы вы почувствовали стыд. Так что сделайтесь неуязвимыми. Так или иначе, Майя попытается свергнуть вас с престола, но не давайте ей шанса. Будьте умиротворены в Самости на все времена, даже если сотни бедствий обрушатся на тело. Если у вас есть желание всяких жизненных удовольствий, это желание ставит вам мат. Это ваше поражение. Вашим поражением также будет высказывание: «Я не хочу никакой боли и печали».
Если взять шахматы, идея там в том, что король не должен быть подавлен фигурами противника. Так что, если вы подавлены, вы определенно попались, и ваш ум бесполезен. Тот кто осознал Брахман не подавляется ничем. Отставить в сторону всякую активность называется медитацией, а когда активность ума останавливается, это Брахман. Освободить дом значит вынести из него все. Тогда останется дом как таковой. Король не должен быть подавлен. Иллюзия, как правило, дает что-то, а потом забирает это обратно. Мы должны научиться всегда быть свободными. Кто-то падает мне в ноги. Ну и нормально. Он это делает для ног. Почему это должно меня волновать? Кто-то ходит неуклюже или странно себя ведет. Пусть делает что угодно! Почему это должно меня волновать? Нам можно только наблюдать.
Самость нельзя ставить в позицию шахматного мата. Цель Иллюзии (Майи) поработить вас любыми средствами. Даже просто испуская вонь прямо вам в нос, она хочет, чтобы вы почувствовали стыд. Так что сделайтесь неуязвимыми. Так или иначе, Майя попытается свергнуть вас с престола, но не давайте ей шанса. Будьте умиротворены в Самости на все времена, даже если сотни бедствий обрушатся на тело. Если у вас есть желание всяких жизненных удовольствий, это желание ставит вам мат. Это ваше поражение. Вашим поражением также будет высказывание: «Я не хочу никакой боли и печали».
суббота, 19 ноября 2011 г.
Экспириенс с "я"
Ночью в промежутках между сном постоянно идут какие-то экспириенсы. Действительно этот промежуток очень важен для понимания. Вероятно, экспириенсы начинаются и происходят в фазе глубокого сна, но там они не фиксируются. А в этой щелочке между фазами сна и бодрствования необычные состояния сознания успевают зафиксироваться, представ в виде неких сведений. Причем спонтанность процесса тут неоспорима, потому что в глубоком сне уж точно невозможно какое-либо произвольное «делание».
Опишу последний экспириенс. Просыпаюсь ночью, состояние экстатического блаженства, но очень спокойное. Осознаю, что я – это не только тело, с которым привык ассоциировать себя раньше. В любом человеке с некоторым удивлением распознаю только себя. Пересматриваю разных людей, намеренно выбирая самые разные личности, с точки зрения собственных прежних оценок: приязни и неприязни, значительности и незначительности и т. д. Разницы никакой! Везде только я сам. Даже не мое отражение, потому что отражение – это два. Но я сам, один единственный – все и вся. Удивление, и очень приятное умиротворение. Джива как бы лопнула, и «я» растеклось во всем пространстве. «Шивохам» не кажется чем-то чужеродным. Так оно и есть. Шивохам, Шивохам.
Что мешало осознать это раньше. Так называемый «здравый смысл» – единственная помеха. В глубоком сне – как и в причинном теле – нет никакого смысла, ни здравого, ни иного, нет этой помехи, и на выходе она еще не успела возникнуть, проявленного мира с его стереотипами еще нет, можно Узнать.
И еще там не было ни рождения и смерти. Эти понятия просто абсурдны, когда все давно «умершие» люди – это я. И по восприятию все покинувшие физическое тело «люди — я» (как это еще назвать?) ничем не отличны от теперешних.
Я сейчас прочитаю этот текст десятками своих «я», у которых возникнут десятки вопросов с точки зрения «здравого смысла». Но все ответы в Причинном теле, а оно, как известно, – полное Неведение. Дорога к «разрыву дживы» лежит через него.
Опишу последний экспириенс. Просыпаюсь ночью, состояние экстатического блаженства, но очень спокойное. Осознаю, что я – это не только тело, с которым привык ассоциировать себя раньше. В любом человеке с некоторым удивлением распознаю только себя. Пересматриваю разных людей, намеренно выбирая самые разные личности, с точки зрения собственных прежних оценок: приязни и неприязни, значительности и незначительности и т. д. Разницы никакой! Везде только я сам. Даже не мое отражение, потому что отражение – это два. Но я сам, один единственный – все и вся. Удивление, и очень приятное умиротворение. Джива как бы лопнула, и «я» растеклось во всем пространстве. «Шивохам» не кажется чем-то чужеродным. Так оно и есть. Шивохам, Шивохам.
Что мешало осознать это раньше. Так называемый «здравый смысл» – единственная помеха. В глубоком сне – как и в причинном теле – нет никакого смысла, ни здравого, ни иного, нет этой помехи, и на выходе она еще не успела возникнуть, проявленного мира с его стереотипами еще нет, можно Узнать.
И еще там не было ни рождения и смерти. Эти понятия просто абсурдны, когда все давно «умершие» люди – это я. И по восприятию все покинувшие физическое тело «люди — я» (как это еще назвать?) ничем не отличны от теперешних.
Я сейчас прочитаю этот текст десятками своих «я», у которых возникнут десятки вопросов с точки зрения «здравого смысла». Но все ответы в Причинном теле, а оно, как известно, – полное Неведение. Дорога к «разрыву дживы» лежит через него.
пятница, 18 ноября 2011 г.
Рамана и Правананда Свами (С. Нарасимхан)
На сайте у Грэма нашел эту любопытную историю:
Кришна Бхикшу пишет: «Никто не смог бы правильно угадать, как Бхагаван Рамана встретит того или иного человека, как будет к нему относиться». Сильные мира сего могли не удостоиться даже беглого взгляда, тогда как какой-нибудь невзрачный бродяга на часы или даже дни становился объектом Его пристального внимания. С другой стороны, выдающиеся люди иногда тоже принимались Им и получали безмерные благословения, пребывая в центре Его интереса.
Однажды в Ашрам пришел Праванананда Свами. Когда он дошел до места, он был совершенно измучен. Он уселся на ступени храма и не мог сдвинуться с места. Бхагавану об этом сказали.
Тотчас же Бхагаван Рамана вышел наружу, сел у ног Правананды Свами и начал растирать их со словами: «Ты прошел длинный путь, Тхатха. У тебя, должно быть, сильно болят ноги».
Старый свами напрасно протестовал. Бхагаван стоял на своем и массировал стопы свами. Никто не знал, какие великие заслуги накопил тот старик, что удостоился такой счастливой судьбы".
источник
Кришна Бхикшу пишет: «Никто не смог бы правильно угадать, как Бхагаван Рамана встретит того или иного человека, как будет к нему относиться». Сильные мира сего могли не удостоиться даже беглого взгляда, тогда как какой-нибудь невзрачный бродяга на часы или даже дни становился объектом Его пристального внимания. С другой стороны, выдающиеся люди иногда тоже принимались Им и получали безмерные благословения, пребывая в центре Его интереса.
Однажды в Ашрам пришел Праванананда Свами. Когда он дошел до места, он был совершенно измучен. Он уселся на ступени храма и не мог сдвинуться с места. Бхагавану об этом сказали.
Тотчас же Бхагаван Рамана вышел наружу, сел у ног Правананды Свами и начал растирать их со словами: «Ты прошел длинный путь, Тхатха. У тебя, должно быть, сильно болят ноги».
Старый свами напрасно протестовал. Бхагаван стоял на своем и массировал стопы свами. Никто не знал, какие великие заслуги накопил тот старик, что удостоился такой счастливой судьбы".
источник
понедельник, 7 ноября 2011 г.
Из книги Сиддарамешвара Махараджа 'Master of Self-Realization'
Когда вы повторяете утверждение, что «все есть Брахман», почему соответствующим образом не меняется ваше отношение к миру? Потому что ваше мышление покороблено понятиями о пороке и добродетели, и вы встаете на позицию критического или дуалистического отношения. Тот кто вам угождает считается хорошим человеком, а другого вы считаете плохим. Однако, разве мало тех, кто называет, так сказать, «плохого» человека хорошим? Больше того, до какой степени сами-то вы хороши? Разве не найдется людей, которые принимают и вас за «плохого»? Даже Бог рассматривается некоторыми людьми с точки зрения добра и зла. Мудрец говорит, что поскольку все являются рабами обстоятельств (живя в соответствии с судьбою тела), как мы можем различать хороших и плохих людей? Обстоятельства создали разные касты, такие как плотники, сапожники и т. д.. Ярлыки профессий заставили нас думать о людях по-отдельности. Иначе, в чем же разница между кастами и т. п.? Никто не хорош и не плох. Все тела подвержены влиянию обстоятельств. Для каждого существуют стадии детства, юности и старости. У юноши не может быть вместо черных усов седых, как у старика, а беззубый старик не может разжевать твердую пищу и т. д.. Короче говоря, не насмехайтесь над другими. Все зависят от обстоятельств. Можно носить длинные волосы или бороду – все это вопрос личного предпочтения. Зачем ненавидеть кого-то за это? Представляйте, что тот, кто вас критикует или обвиняет, сам человек добрый. Сохраняйте открытое доброе отношение к тем, кто доставляет вам массу беспокойства, не заводите врагов. Только тогда вы будете Брахманом.
Тревоги очень рано убивают нас. Тот кто тревожится, умирает с этой тревогой, а ненависть тяжкое бремя. Вишвамитра, который был холостяком и выполнил огромное количество духовных практик, был готов даже на тяжкое преступление, когда из ревности и зависти отправился убивать мудреца Васиштху. Говорят, что мешок шафрана (драгоценная пряность с тонким вкусом) становится асафетидой* (острая пряность с сильным запахом и вкусом) только потому, что постоял рядом. Когда исчезает гордость, вынимается досаждающая вам заноза. Убей гордыню и тогда сам станешь Святым Мудрецом или «Брахмарши». Пади ниц пред тем, кто тебя ненавидит. Когда решаешь, что кто-то плох, сам делаешься плохим. Тот, в ком нет враждебности, сам есть Брахман. Ругаться – признак непонимания. Двойственность, разделяющая объекты чувств должна исчезнуть. Не думай в терминах ненависти и враждебности или добра и зла. Только тогда ты становишься Брахманом. Не будь враждебен никому.
Вечер 21-11-1934
*Асафетида — многолетнее, мощное, высокое растение, достигающее 1,5—2 метров. Относится к семейству зонтичных. Самые приличные названия этой пряности - хинг, асмаргок и илан, все остальные понятнее, но отнюдь не приятней - ферула вонючая, дурной дух и даже чертов кал. Запах и вкус асафетиды ужасающи. Запах напоминает смесь чеснока и лука и способен за несколько минут пропитать собой все - воздух, стены, посуду, не говоря уже о коврах и диванах. Причем выветрить его будет невозможно в течение суток. Вкус асафетиды ощущается несколько часов и не уничтожается ни водой, ни уксусным раствором. Подобные характеристики не вызывают энтузиазма только у тех, кто не знает секрета асафетиды - если обжарить ее в масле, запах становится приятным, а вкус пищи после ее добавления способен доставлять удовольствие.
Тревоги очень рано убивают нас. Тот кто тревожится, умирает с этой тревогой, а ненависть тяжкое бремя. Вишвамитра, который был холостяком и выполнил огромное количество духовных практик, был готов даже на тяжкое преступление, когда из ревности и зависти отправился убивать мудреца Васиштху. Говорят, что мешок шафрана (драгоценная пряность с тонким вкусом) становится асафетидой* (острая пряность с сильным запахом и вкусом) только потому, что постоял рядом. Когда исчезает гордость, вынимается досаждающая вам заноза. Убей гордыню и тогда сам станешь Святым Мудрецом или «Брахмарши». Пади ниц пред тем, кто тебя ненавидит. Когда решаешь, что кто-то плох, сам делаешься плохим. Тот, в ком нет враждебности, сам есть Брахман. Ругаться – признак непонимания. Двойственность, разделяющая объекты чувств должна исчезнуть. Не думай в терминах ненависти и враждебности или добра и зла. Только тогда ты становишься Брахманом. Не будь враждебен никому.
Вечер 21-11-1934
*Асафетида — многолетнее, мощное, высокое растение, достигающее 1,5—2 метров. Относится к семейству зонтичных. Самые приличные названия этой пряности - хинг, асмаргок и илан, все остальные понятнее, но отнюдь не приятней - ферула вонючая, дурной дух и даже чертов кал. Запах и вкус асафетиды ужасающи. Запах напоминает смесь чеснока и лука и способен за несколько минут пропитать собой все - воздух, стены, посуду, не говоря уже о коврах и диванах. Причем выветрить его будет невозможно в течение суток. Вкус асафетиды ощущается несколько часов и не уничтожается ни водой, ни уксусным раствором. Подобные характеристики не вызывают энтузиазма только у тех, кто не знает секрета асафетиды - если обжарить ее в масле, запах становится приятным, а вкус пищи после ее добавления способен доставлять удовольствие.
пятница, 7 октября 2011 г.
Морис Фридман (4), последние часы -- из воспоминаний А.Б. Панта
«Святой умирает, – прошептал печальный мягкий голос в телефонной трубке, – он спрашивает вас. Приезжайте как можно скорее». (Морис умер, после того как его сбил мотоцикл в Бомбее – прим. пер.)
Мы с женой сразу помчались в Бомбей, взяв с собой нашу младшую дочь Авалокиту, его любимицу, которую он благословил в Сиккиме, когда ей было всего несколько месяцев отроду.
Когда мы прибыли Хилла, доктора, медсестры – все стали жаловаться мне, что Морис отказывается принимать пищу и лекарства. Хилла и Бабулал были в слезах. Они умоляли меня «заставить» Мориса есть и принимать лекарства – как будто кто-нибудь когда-нибудь мог заставить его делать то, что он не хочет!
Он лежал на своем обычном месте в своей хорошо мне знакомой педантично прибранной комнате. Как только я приблизился, он закричал: «Апа, кто умирает?»
На следующий день он отослал всех из комнаты, велев им оставить нас наедине. Затем он сказал: «Апа, я слышу музыку, я вижу яркий свет. Кто умирает? Никто не умирает. Это больное тело держит меня вдали от Гармонии и Красоты. Не позволяй им удерживать меня в этом теле. А теперь иди с миром».
На следующий день все мы были у его кровати, когда он сделал три последних вздоха – «Хари Ом!» Шри Нисаргадатта Махарадж тоже был рядом. Я спросил его: «Махарадж, куда уходит Морис? Что с ним происходит?»
Он ответил: «Ничего не происходит. Никто не умирает, потому что никто не рождался».
«Тогда почему это ощущение печали, пустоты, потери?» – спросил я.
«Кто ощущает печаль, пустоту, потерю?» – спросил он.
И спустя несколько часов в присутствии Нисаргадатты Махараджа останки того, кого мы называли Морисом Фридманом, были уничтожены в огне электрической печи. Элементы вернулись в изначальный порядок.
В одной из своих бесед Нисаргадатта Махарадж сказал, что привязанность к имени и форме (нама-рупа) создает страх в сердце человека. Тот, кто знает, что у него нет ни имени ни формы, кто есть Ничто, не будет ничего бояться, даже смерти. Морис достиг состояния шуньяты (пустоты, ничто), он проживал шуньяту, и те эго, с которыми он соприкасался, падали в бездонный колодец, когда души ловили проблески того невыразимого состояния.
И все же, каким-то образом, весьма ощутимым для меня, Морис не умер. Он, как всегда, здесь и сейчас – постоянное вдохновение любить, служить, быть бесстрашным, искренним и наполненным счастьем.
Мы с женой сразу помчались в Бомбей, взяв с собой нашу младшую дочь Авалокиту, его любимицу, которую он благословил в Сиккиме, когда ей было всего несколько месяцев отроду.
Когда мы прибыли Хилла, доктора, медсестры – все стали жаловаться мне, что Морис отказывается принимать пищу и лекарства. Хилла и Бабулал были в слезах. Они умоляли меня «заставить» Мориса есть и принимать лекарства – как будто кто-нибудь когда-нибудь мог заставить его делать то, что он не хочет!
Он лежал на своем обычном месте в своей хорошо мне знакомой педантично прибранной комнате. Как только я приблизился, он закричал: «Апа, кто умирает?»
На следующий день он отослал всех из комнаты, велев им оставить нас наедине. Затем он сказал: «Апа, я слышу музыку, я вижу яркий свет. Кто умирает? Никто не умирает. Это больное тело держит меня вдали от Гармонии и Красоты. Не позволяй им удерживать меня в этом теле. А теперь иди с миром».
На следующий день все мы были у его кровати, когда он сделал три последних вздоха – «Хари Ом!» Шри Нисаргадатта Махарадж тоже был рядом. Я спросил его: «Махарадж, куда уходит Морис? Что с ним происходит?»
Он ответил: «Ничего не происходит. Никто не умирает, потому что никто не рождался».
«Тогда почему это ощущение печали, пустоты, потери?» – спросил я.
«Кто ощущает печаль, пустоту, потерю?» – спросил он.
И спустя несколько часов в присутствии Нисаргадатты Махараджа останки того, кого мы называли Морисом Фридманом, были уничтожены в огне электрической печи. Элементы вернулись в изначальный порядок.
В одной из своих бесед Нисаргадатта Махарадж сказал, что привязанность к имени и форме (нама-рупа) создает страх в сердце человека. Тот, кто знает, что у него нет ни имени ни формы, кто есть Ничто, не будет ничего бояться, даже смерти. Морис достиг состояния шуньяты (пустоты, ничто), он проживал шуньяту, и те эго, с которыми он соприкасался, падали в бездонный колодец, когда души ловили проблески того невыразимого состояния.
И все же, каким-то образом, весьма ощутимым для меня, Морис не умер. Он, как всегда, здесь и сейчас – постоянное вдохновение любить, служить, быть бесстрашным, искренним и наполненным счастьем.
среда, 5 октября 2011 г.
Морис Фридман (3) -- из воспоминаний Апы Б. Панта
Во время моего судьбоносного визита в Бангалор в 1937 мы с Морисом планировали одно нововведение за другим для моего маленького нищего княжества Аундх. Атмосфера, бурлящая новыми планами и идеями, касательно развития деревенских общин и внедрения в их жизнь науки и новых технологий, особенно заряжала Мориса. «Деревням нужно дать науку и технологии, которые нужно упростить так, чтобы они были доступны крестьянам», – заявлял он. Вдохновленный всем этим, я отправился к сэру Мирзе Исмаилу – нанести прощальный визит. Я хотел «одолжить» у него Мориса на шесть месяцев, чтобы мы вдвоем могли набросать план развития 75 деревень Аундха. Когда я изложил свою просьбу, сэр Мирза помрачнел и сказал: «Пусть ваш отец Раджасахеб мне напишет, и мы посмотрим, что сможем для вас сделать».
Когда письмо из Аудха с подписью моего отца было отправлено в Бангалор, пришел такой ответ: «В настоящий момент мы не сможем обойтись без услуг мистера Мориса Фридмана». На языке дипломатии «в настоящий момент» всегда значит «никогда», а еще значит «больше не пишите». Точка.
Сэру Мирзе следовало бы знать, что его отказ ненадолго одолжить Мориса Аундху может возыметь обратный эффект. Так и случилось. Однажды я сидел в задумчивости в Рама Холле дворца моего отца, когда туда вошел Морис Фридман с узелком охровых одеяний, привязанных к палке за плечами!
«Я пришел, Апа, – просто сказал он, – Сэр Мирза не может диктовать мне. Я никому не раб. Я оставил Мисор и приехал к тебе насовсем. Давай работать!»
“Бог ты мой! – воскликнул я. – Но... – я запнулся, – княжество Аундх не может себе позволить платить вам 3000 рупий в месяц и предоставлять бесплатный дом, машину и офис! Ведь самый высокооплачиваемый чиновник княжества, диван, получает только 75 рупий, плюс мусульманина-шофера!»
Морис рассмеялся своим раскатистым гортанным смехом. «Я буду спать на полу в углу напротив тебя. Предоставь мне какой-нибудь старый индийский стол, чтобы писать. Твоя мать будет мне готовить. Чтобы передвигаться у меня есть ноги. Ты тоже можешь ходить со мной. Мы вместе будем работать для Аундха. А сейчас дай мне поесть!»
Это был типичный Морис. Телеграфная, зачастую напоминающая азбуку Морзе отрывистая речь, несущая необходимую информацию без единого лишнего слова.
Когда письмо из Аудха с подписью моего отца было отправлено в Бангалор, пришел такой ответ: «В настоящий момент мы не сможем обойтись без услуг мистера Мориса Фридмана». На языке дипломатии «в настоящий момент» всегда значит «никогда», а еще значит «больше не пишите». Точка.
Сэру Мирзе следовало бы знать, что его отказ ненадолго одолжить Мориса Аундху может возыметь обратный эффект. Так и случилось. Однажды я сидел в задумчивости в Рама Холле дворца моего отца, когда туда вошел Морис Фридман с узелком охровых одеяний, привязанных к палке за плечами!
«Я пришел, Апа, – просто сказал он, – Сэр Мирза не может диктовать мне. Я никому не раб. Я оставил Мисор и приехал к тебе насовсем. Давай работать!»
“Бог ты мой! – воскликнул я. – Но... – я запнулся, – княжество Аундх не может себе позволить платить вам 3000 рупий в месяц и предоставлять бесплатный дом, машину и офис! Ведь самый высокооплачиваемый чиновник княжества, диван, получает только 75 рупий, плюс мусульманина-шофера!»
Морис рассмеялся своим раскатистым гортанным смехом. «Я буду спать на полу в углу напротив тебя. Предоставь мне какой-нибудь старый индийский стол, чтобы писать. Твоя мать будет мне готовить. Чтобы передвигаться у меня есть ноги. Ты тоже можешь ходить со мной. Мы вместе будем работать для Аундха. А сейчас дай мне поесть!»
Это был типичный Морис. Телеграфная, зачастую напоминающая азбуку Морзе отрывистая речь, несущая необходимую информацию без единого лишнего слова.
понедельник, 3 октября 2011 г.
Морис Фридман (2) -- из воспоминаний Апы Б. Панта
В течение этого периода единственным и неотступным желанием Мориса было каким-то образом попасть в Индию. А любое желание, когда оно становится беззаветной страстью, исполняется – так случилось и с Морисом.
В 1935 году сэр Мирза Исмаил, выдающийся и дальновидный правитель (диван) Мисора, совершал тур по Англии и Франции в поисках подходящего человека, обладающего талантами инженера и управленца, для проектируемого Государственного Электротехнического завода в Бангалоре. Правительство, чтобы содействовать в поиске, предложило ему посетить некоторые крупнейшие заводы Франции. Это привело его на тот самый завод, где управляющим был Морис.
Насколько глубоко этот выдающийся администратор и государственный деятель был впечатлен личностью и работой Мориса Фридмана, можно судить по реплике, случайно брошенной во время того двухчасового визита: «Мистер Фридман, как жаль, что вы не можете приехать и хотя бы нанести нам визит в Мисоре, чтобы дать совет, как нам развиваться». У сера Мирзы в голове была идея построить в далеком Бангалоре точно такой же завод, как в Париже.
Ответ Мориса был для него типичен: «Сэр, мои чемоданы собраны. Я готов ехать с вами!»
Так Морис попал в Индию, страну его мечты, и исполнил не только свою судьбу, но и помог многим – таким как я – исполнить свою.
В течение двух лет по прибытию своему в Бангалор Морил наладил на Государственном Электротехническом заводе производство трансформаторов, распределителей, резисторов, изоляторов – всего того, что было насущной потребностью по части электричества в этом передовом, прогрессивном княжестве.
Не прошло и шести месяцев с момента его прибытия в Индию как Морис стал горячим приверженцем Шри Раманы Махарши, мудреца Аруначалы. Всю неделю он работал в Бангалоре, а потом спешил в Тируваннамалай, чтобы провести выходные с Махарши. Морис умолял Багавана даровать ему саньясу. Он сказал, что хочет отречься от мира и искать просветления. Шри Багаван, как обычно, отказал ему в саньясе, сказав: «У меня нет охровых одеяний для вас, сэр, и вам они не нужны!»
Но Морис не был бы самим собой, если не был бы задиристо упрям и своеволен. Он поехал к Свами Рамдасу в Анандашрам в Канангад и принял обеты от него. Ему было дано индуистское имя Свами Бхаратананда. Он обрил голову, выбросил европейскую одежду, оделся в шафрановые одеяния бродяги и поклялся просить милостыню на пропитание, для чего раздобыл даже традиционную чашу для подаяний. Это тоже было типично для Мориса. В нем никогда не было ничего притворного или нарочитого, лицемерного или фальшивого. Он был на 100 000 % искренен, и именно всерьез следуя убеждениям, подстегнувшим его на выполнение его желания отречься от мира, которое однажды возникло в душе, он мгновенно предпринял спонтанное действие. Но желание носить определенную одежду и упрямые мысли о смысле саньясы постепенно отпали, вследствие его постоянного общения с Раманой Махарши и Д. Кришнамурти. К 1947 году он был свободен от этих внешних проявлений.
Но это было уже после той конфронтации с сэром Мирзой, которая вылилась в довольно бурную сцену нашего знакомства.
С самой первой нашей встречи Морис, так сказать, «взял меня за руку». Хоть я и не знал об этом, он начал наставлять меня на верный путь. Сам он был далеко-далеко впереди, но терпеливо, с любовью ждал, чтобы я мог за ним поспевать. Он никогда не злился и не раздражался из-за моих бесчисленных «принцевых» и разных прочих глупостей.
Я не знаю, когда именно мы сделались попутчиками-пилигримами. Но в то приятное прохладное декабрьское утро 1937 года, когда мы прибыли в Раманашрам, я почувствовал, что со мной случилось что-то очень-очень странное и замечательное, и что без его руководства «ЭТОГО» не случилось бы со мной вообще.
Насколько я помню, мы пробыли в Ашраме несколько дней. Морис ежедневно заставлял меня делать перед Махарши сурьянамаскар. Шри Багаван только улыбнулся и сказал: «Пара часов медитации этой саданы полезна для тебя, чтобы снять напряжение в конечностях». Я никогда этого не забуду и даже в теперешнем возрасте (79) я вспоминаю его слова, когда каждый раз на рассвете пробуждаюсь к самсаре и делаю сурьянамаскар.
В Раманашраме было просто «НИЧТО»: ни бесед, ни вопросов, ни ответов, ни надежд, ни страхов, ни молитв – никаких движений ума или интеллекта. И моему вихревому, высокомерному эго просто не за что было ухватиться. В каком-то смысле, оно было сбито с толку, но остерегалось самого себя. Оно не находило себе места. И я не способен был в этом разобраться.
Первую ночь мы с Морисом провели в маленькой хижине и спали на полу на матрацах. Всю ночь я слышал, как кто-то ругается в полный голос, как трубят трубы и бьют в большие и маленькие барабаны. Я был уверен, что всю ночь не сомкнул глаз.
Когда я, не на шутку рассерженный, стал кричать на Мориса по поводу всего этого шума и гвалта, он сказал: «Апа, не было никакого шума. Все было тихо и мирно! Только твой измученный ум создавал весь этот шум. Наблюдай за ним».
Позднее я понял, что ум может быть чрезвычайно изворотливым. Он может работать быстрее скорости света, но часто ему требуется больше времени, чем телу, чтобы добраться из одной точки в другую, так что ты прибываешь, так сказать, по частям. Морис частенько отказывался со мной разговаривать целые сутки, говоря: «Апа, приехало только твое теле. Я подожду, пока ты сам приедешь, прежде чем общаться с тобой».
В 1935 году сэр Мирза Исмаил, выдающийся и дальновидный правитель (диван) Мисора, совершал тур по Англии и Франции в поисках подходящего человека, обладающего талантами инженера и управленца, для проектируемого Государственного Электротехнического завода в Бангалоре. Правительство, чтобы содействовать в поиске, предложило ему посетить некоторые крупнейшие заводы Франции. Это привело его на тот самый завод, где управляющим был Морис.
Насколько глубоко этот выдающийся администратор и государственный деятель был впечатлен личностью и работой Мориса Фридмана, можно судить по реплике, случайно брошенной во время того двухчасового визита: «Мистер Фридман, как жаль, что вы не можете приехать и хотя бы нанести нам визит в Мисоре, чтобы дать совет, как нам развиваться». У сера Мирзы в голове была идея построить в далеком Бангалоре точно такой же завод, как в Париже.
Ответ Мориса был для него типичен: «Сэр, мои чемоданы собраны. Я готов ехать с вами!»
Так Морис попал в Индию, страну его мечты, и исполнил не только свою судьбу, но и помог многим – таким как я – исполнить свою.
В течение двух лет по прибытию своему в Бангалор Морил наладил на Государственном Электротехническом заводе производство трансформаторов, распределителей, резисторов, изоляторов – всего того, что было насущной потребностью по части электричества в этом передовом, прогрессивном княжестве.
Не прошло и шести месяцев с момента его прибытия в Индию как Морис стал горячим приверженцем Шри Раманы Махарши, мудреца Аруначалы. Всю неделю он работал в Бангалоре, а потом спешил в Тируваннамалай, чтобы провести выходные с Махарши. Морис умолял Багавана даровать ему саньясу. Он сказал, что хочет отречься от мира и искать просветления. Шри Багаван, как обычно, отказал ему в саньясе, сказав: «У меня нет охровых одеяний для вас, сэр, и вам они не нужны!»
Но Морис не был бы самим собой, если не был бы задиристо упрям и своеволен. Он поехал к Свами Рамдасу в Анандашрам в Канангад и принял обеты от него. Ему было дано индуистское имя Свами Бхаратананда. Он обрил голову, выбросил европейскую одежду, оделся в шафрановые одеяния бродяги и поклялся просить милостыню на пропитание, для чего раздобыл даже традиционную чашу для подаяний. Это тоже было типично для Мориса. В нем никогда не было ничего притворного или нарочитого, лицемерного или фальшивого. Он был на 100 000 % искренен, и именно всерьез следуя убеждениям, подстегнувшим его на выполнение его желания отречься от мира, которое однажды возникло в душе, он мгновенно предпринял спонтанное действие. Но желание носить определенную одежду и упрямые мысли о смысле саньясы постепенно отпали, вследствие его постоянного общения с Раманой Махарши и Д. Кришнамурти. К 1947 году он был свободен от этих внешних проявлений.
Но это было уже после той конфронтации с сэром Мирзой, которая вылилась в довольно бурную сцену нашего знакомства.
С самой первой нашей встречи Морис, так сказать, «взял меня за руку». Хоть я и не знал об этом, он начал наставлять меня на верный путь. Сам он был далеко-далеко впереди, но терпеливо, с любовью ждал, чтобы я мог за ним поспевать. Он никогда не злился и не раздражался из-за моих бесчисленных «принцевых» и разных прочих глупостей.
Я не знаю, когда именно мы сделались попутчиками-пилигримами. Но в то приятное прохладное декабрьское утро 1937 года, когда мы прибыли в Раманашрам, я почувствовал, что со мной случилось что-то очень-очень странное и замечательное, и что без его руководства «ЭТОГО» не случилось бы со мной вообще.
Насколько я помню, мы пробыли в Ашраме несколько дней. Морис ежедневно заставлял меня делать перед Махарши сурьянамаскар. Шри Багаван только улыбнулся и сказал: «Пара часов медитации этой саданы полезна для тебя, чтобы снять напряжение в конечностях». Я никогда этого не забуду и даже в теперешнем возрасте (79) я вспоминаю его слова, когда каждый раз на рассвете пробуждаюсь к самсаре и делаю сурьянамаскар.
В Раманашраме было просто «НИЧТО»: ни бесед, ни вопросов, ни ответов, ни надежд, ни страхов, ни молитв – никаких движений ума или интеллекта. И моему вихревому, высокомерному эго просто не за что было ухватиться. В каком-то смысле, оно было сбито с толку, но остерегалось самого себя. Оно не находило себе места. И я не способен был в этом разобраться.
Первую ночь мы с Морисом провели в маленькой хижине и спали на полу на матрацах. Всю ночь я слышал, как кто-то ругается в полный голос, как трубят трубы и бьют в большие и маленькие барабаны. Я был уверен, что всю ночь не сомкнул глаз.
Когда я, не на шутку рассерженный, стал кричать на Мориса по поводу всего этого шума и гвалта, он сказал: «Апа, не было никакого шума. Все было тихо и мирно! Только твой измученный ум создавал весь этот шум. Наблюдай за ним».
Позднее я понял, что ум может быть чрезвычайно изворотливым. Он может работать быстрее скорости света, но часто ему требуется больше времени, чем телу, чтобы добраться из одной точки в другую, так что ты прибываешь, так сказать, по частям. Морис частенько отказывался со мной разговаривать целые сутки, говоря: «Апа, приехало только твое теле. Я подожду, пока ты сам приедешь, прежде чем общаться с тобой».
вторник, 27 сентября 2011 г.
Морис Фридман (часть 1)
Давно хотел перевести отрывки из воспоминаний Апы Б. Панта о Морисе Фридмане (составителе "Я есть То" Нисаргадатты и "Евангелия от Махарши"). Я уже где-то писал, что по биографии Мориса можно смело снимать блокбастер. Тем более что национальность Мориса и его помощь тибетцам полностью лежат в русле голливудской политкорректности. Но несмотря даже на политкорректность, его биография и его личность реально интересна и достойна большого внимания.
полный английский текст здесь
Вот что в точности то, что произошло со мной в тот ноябрь 1937 года, когда я случайно столкнулся с Морисом Фридманом в Бангалоре.
Я только что вернулся после четырех с половиной годового обучения в Оксфорде и Лондоне полным энтузиазма юнцом, возомнившим себя «революционным коммунистом». Я хотел сражаться с британским господством и установить в Индии коммунизм – на самом деле новую утопию! И я был старшим из выживших сыновей раджи Бхаванрао. Ему тогда был 61 год, а мне 25. Он с пониманием относился к моему энтузиазму, равно как и к моей импульсивности. Он организовал для меня трехмесячный «тренинг» в администрации Мисора, в те времена образцового и лучше всех управляемого княжества среди всех 675 княжеств Индии.
Отец также снабдил меня личным секретарем, который обо мне заботился, новой машиной с шофером, а также слугой. За неделю, по прибытию моему в Бангалор, я полностью вошел в роль и в полной мере получал удовольствие от моего управленческого тренинга.
Был установлен жесткий распорядок «посещений учреждений и производств» с последующими «краткими совещаниями и обсуждениями». Одним из таких визитов стало посещение Государственного Электротехнического завода в пригородах Бангалора. Шри Бхаратананда – Морис Фридман – был его главой и директором с 1935 года.
Будучи принцем и «вернувшимся из-за границы», я привык, что со мной обходились иначе чем с прочими. Со своей стороны, я постоянно «носил» свой лучший оксфордский акцент и соответствующую улыбку принца, полную напускной вежливости. С другой стороны, Морис был в отвратительном настроении. Годом ранее он принял саньясу и начал жить соответственно своим обетам. Когда сэру Мирзе Исмаилу доложили, что его замечательный квалифицированный директор обрил голову и принял саньясу, что он ходит на работу в шафрановых одеяниях, просит милостыню на пропитание, а всю свою зарплату (3000 рупий в месяц) раздает беднякам и нуждающимся, Великий Визирь пришел в ярость.
Он послал за «этим мистером Фридманом», чтобы напомнить ему, что его нанимали как инженера, а не как саньясина, и чтобы запретить ему впредь носить охру. Морис, в свою очередь, предпочел увольнение со своего поста, сказав, что то и как он ест и во что одевается является его личным делом и что ему должны предоставить свободу вести такую жизнь, какую он хочет, до тех пор пока «качество его работы как инженера и управляющего удовлетворяет всех тех кто в этом заинтересован». В конце концов сошлись на том, что Морис будет надевать европейскую или мисорскую одежду только в тех случаях, когда на завод приедет какая-нибудь VIP персона. И поскольку из-за моего приезда он был вынужден надеть костюм, Морис был в отвратительнейшем настроении!
Когда я вышел из машины, Морис стоял на пороге, но вместо того чтобы ответить на мою улыбку, он мрачно сказал: «Ну что, юный принц, знаете вы что-нибудь об электричестве или я буду напрасно тратить с вами время?»
Я, конечно же, сразу сел обратно в машину и уже начал закрывать дверь, когда Морис осознал свою ошибку и чуть ли не силой вытащил меня из машины. «Я не хотел вас обидеть, простите», – извинился он, и я впервые увидел ту обезоруживающую улыбку на его загорелом лице. За пять минут этой сцены наши вибрации вошли в резонанс друг с другом. И они оставались в этом резонансе в течение сорока лет до самой его смерти 9 марта 1976 года и дальше вплоть до настоящего времени.
На меня сразу же произвела глубокое впечатление высоко дисциплинированная, уравновешенная и целеустремленная натура Мориса. Его интеллект был сверхмощным, его простота забавляла, его спонтанная искренняя любовь не знала границ. В Морисе не было ничего фальшивого, нарочитого или чрезмерного. Его отклик на то, что происходило вокруг всегда был мгновенным и острым, как бритва, и всегда сострадательным. Не существовало временнОго промежутка между тем, что он видел и чувствовал, и его незамедлительным действием. Если он видел попрошайку в тряпье, он отдавал ему всю свою еду и одежду, и никогда не пускался в теоретические рассуждения по этому поводу. Не было никаких догм, теорий или гипотез – только спонтанное непосредственное действие. Он не принадлежал ни к какой религии, политической партии или «изму».
Огднажды в Бомбее в 1943 году моя жена Налини, которая тогда была практикующим хирургом-гинекологом в деревнях Аундха, княжества моего отца, обсуждала с ним свою работу. Она рассказывала о финансовых трудностях бедного Аундха в приобретении даже самого элементарного необходимого оборудования. Морис спросил: «Сколько денег тебе нужно в данный момент?» Налини, не думая, сказала: «Десять тысяч рупий», – что было по тем временам крупной суммой. На следующее утро Морис пришел пешком с 10 000 рупий в банкнотах по 100 рупий!
«Начинай работать, Налини!» – сказал он. Так учил мой Гуру: прямой акт сострадания на практическом примере.
Морис Фридман родился в 1884 году в еврейском гетто Кракова, в Южной Польше, которая тогда была частью царской России.
Из воспоминаний Мориса, которыми он неохотно делился время от времени в течение нашего длительного и близкого общения, можно было заключить, что семья его была очень бедной. Его отец, ортодоксальный еврей, работал в синагоге. Мать шила, стирала и готовила, и старалась дать детям лучшее воспитание, какое могла, несмотря на то что на это почти не было денег. Морис до тринадцати лет не пробовал белого хлеба. Свою первую зубную щетку он купил, когда ему было пятнадцать.
Но Морис был рожден гением. Когда ему еще не было десяти, он читал и писал, используя кириллицу, латинский и еврейский алфавиты, и бегло говорил по-русски, по-польски, по-английски, по-французски и по-еврейски. Его отец хотел, чтобы Морис, его старший сын, стал раввином и вел безопасную, благочестивую и полезную жизнь, служа «избранному народу», который страдал под пятой царизма, и таким образом помогал им переживать гонения, возникавшие из-за широко распространенной расовой нетерпимости. Однако, способности Мориса были очень быстро замечены его учителями, которые дали ему возможность довести до конца то, что редко удавалось еврею, поступившему в царистскую русскую школу в тех краях. Он проявил себя исключительно хорошо и, получив наивысшую аттестацию среди 500 мальчиков на выпускных экзаменах, был допущен до экзаменов на соискание стипендии, где получил 95%, став лучшим во всей Польше. За это он получил государственную стипендию и возможность изучать то, что в то время привлекало его больше всего: курс по электротехнике. Ему еще не было 20, когда на его счету было уже около сотни патентов на изобретения в области механики и электротехники, одним из которых была «говорящая книга».
Вскоре его стали брать на работу в лаборатории, а потом и в исследовательские институты, и к 1925 году он объехал большую часть Европы, работал на немецких, датских и голландских промышленных предприятиях.
Однако, к 25 годам на поверхность стало прорываться то, чему предстояло стать устремлением всей его жизни. Он захотел «увидеть Бога». В течение нескольких лет он серьезно изучал Талмуд и другие еврейские религиозные книги. Однако, иудаизм недолго удовлетворял острый, смелый, логичный, не догматичный ум Мориса.
Тогда он перешел в Русское Православие и стал монахом, укрывшись в уединении одного из карпатских монастырей Южной Польши. В этот период произошел один случай, который ярко иллюстрирует характер Мориса. Вышло так, что в один прекрасный день «Сатана» искусил его прыгнуть в мощный водопад, чтобы «доказать свою веру» в Иисуса Христа и Церковь. И этот неустрашимый искатель Истины сразу же прыгнул вниз с обрыва в сто футов! Его спасли несколько кустов, в которых запуталась его сутана. В этом был весь Морис! Это было то, что вдохновляло, что вызывало любовь тысяч людей на протяжении тех 78 лет, что он прожил на этой земле.
К 1926 году Морис был «сыт по горло», как он однажды сказал нам, всеми православными догмами. «Верь в это, не делай того, делай это, повторяй за мной – меня не устраивало», – говорил он. Он хотел свободно искать везде отчаянно пытался сам для себя разобраться «зачем все это вообще». Примерно в то время он познакомился с Теософским Обществом и встретился с Анни Безан и Джидду Кришнамурти. С Кришнамурти он встречался в Швейцарских Альпах и много раз в Голландии в Саанене. В течение пятидесяти лет Морис был «очень-очень близок к Кришнамурти» и был самым серьезным и упрямым собеседником этого великого видящего.
К 1928 году он готов был эмигрировать во Францию в поисках работы и «новых приключений», как он выражался. Он приехал в Париж с большими надеждами, без денег, не зная, где жить. Но вскоре он увидел объявление в «Paris Soir» о новом электротехническом заводе в пригороде. Он предложил свои услуги и был тот час же принят. К 1934 году он стал генеральным директором завода.
В течение всего этого времени его главное стремление «найти и встретить Бога» не было забыто. Он жадно читал книги по религии, мистицизму и оккультизму. Он постоянно пробовал на себе все практики, о которых читал в огромной секции Национальной Библиотеки Парижа, посвященной этому предмету.
Потом неожиданно он наткнулся на Веданту. Он сосредоточенно изучал Упанишады, Гиту и Махабхарату в переводах на французский и немецкий. Его сильно привлекали книги Пола Брантона о Рамане Махарши. Это было первое знакомство с великим Мастером и тем, что стало для Мориса величайшим открытием: «Кто есть я?»
полный английский текст здесь
Вот что в точности то, что произошло со мной в тот ноябрь 1937 года, когда я случайно столкнулся с Морисом Фридманом в Бангалоре.
Я только что вернулся после четырех с половиной годового обучения в Оксфорде и Лондоне полным энтузиазма юнцом, возомнившим себя «революционным коммунистом». Я хотел сражаться с британским господством и установить в Индии коммунизм – на самом деле новую утопию! И я был старшим из выживших сыновей раджи Бхаванрао. Ему тогда был 61 год, а мне 25. Он с пониманием относился к моему энтузиазму, равно как и к моей импульсивности. Он организовал для меня трехмесячный «тренинг» в администрации Мисора, в те времена образцового и лучше всех управляемого княжества среди всех 675 княжеств Индии.
Отец также снабдил меня личным секретарем, который обо мне заботился, новой машиной с шофером, а также слугой. За неделю, по прибытию моему в Бангалор, я полностью вошел в роль и в полной мере получал удовольствие от моего управленческого тренинга.
Был установлен жесткий распорядок «посещений учреждений и производств» с последующими «краткими совещаниями и обсуждениями». Одним из таких визитов стало посещение Государственного Электротехнического завода в пригородах Бангалора. Шри Бхаратананда – Морис Фридман – был его главой и директором с 1935 года.
Будучи принцем и «вернувшимся из-за границы», я привык, что со мной обходились иначе чем с прочими. Со своей стороны, я постоянно «носил» свой лучший оксфордский акцент и соответствующую улыбку принца, полную напускной вежливости. С другой стороны, Морис был в отвратительном настроении. Годом ранее он принял саньясу и начал жить соответственно своим обетам. Когда сэру Мирзе Исмаилу доложили, что его замечательный квалифицированный директор обрил голову и принял саньясу, что он ходит на работу в шафрановых одеяниях, просит милостыню на пропитание, а всю свою зарплату (3000 рупий в месяц) раздает беднякам и нуждающимся, Великий Визирь пришел в ярость.
Он послал за «этим мистером Фридманом», чтобы напомнить ему, что его нанимали как инженера, а не как саньясина, и чтобы запретить ему впредь носить охру. Морис, в свою очередь, предпочел увольнение со своего поста, сказав, что то и как он ест и во что одевается является его личным делом и что ему должны предоставить свободу вести такую жизнь, какую он хочет, до тех пор пока «качество его работы как инженера и управляющего удовлетворяет всех тех кто в этом заинтересован». В конце концов сошлись на том, что Морис будет надевать европейскую или мисорскую одежду только в тех случаях, когда на завод приедет какая-нибудь VIP персона. И поскольку из-за моего приезда он был вынужден надеть костюм, Морис был в отвратительнейшем настроении!
Когда я вышел из машины, Морис стоял на пороге, но вместо того чтобы ответить на мою улыбку, он мрачно сказал: «Ну что, юный принц, знаете вы что-нибудь об электричестве или я буду напрасно тратить с вами время?»
Я, конечно же, сразу сел обратно в машину и уже начал закрывать дверь, когда Морис осознал свою ошибку и чуть ли не силой вытащил меня из машины. «Я не хотел вас обидеть, простите», – извинился он, и я впервые увидел ту обезоруживающую улыбку на его загорелом лице. За пять минут этой сцены наши вибрации вошли в резонанс друг с другом. И они оставались в этом резонансе в течение сорока лет до самой его смерти 9 марта 1976 года и дальше вплоть до настоящего времени.
На меня сразу же произвела глубокое впечатление высоко дисциплинированная, уравновешенная и целеустремленная натура Мориса. Его интеллект был сверхмощным, его простота забавляла, его спонтанная искренняя любовь не знала границ. В Морисе не было ничего фальшивого, нарочитого или чрезмерного. Его отклик на то, что происходило вокруг всегда был мгновенным и острым, как бритва, и всегда сострадательным. Не существовало временнОго промежутка между тем, что он видел и чувствовал, и его незамедлительным действием. Если он видел попрошайку в тряпье, он отдавал ему всю свою еду и одежду, и никогда не пускался в теоретические рассуждения по этому поводу. Не было никаких догм, теорий или гипотез – только спонтанное непосредственное действие. Он не принадлежал ни к какой религии, политической партии или «изму».
Огднажды в Бомбее в 1943 году моя жена Налини, которая тогда была практикующим хирургом-гинекологом в деревнях Аундха, княжества моего отца, обсуждала с ним свою работу. Она рассказывала о финансовых трудностях бедного Аундха в приобретении даже самого элементарного необходимого оборудования. Морис спросил: «Сколько денег тебе нужно в данный момент?» Налини, не думая, сказала: «Десять тысяч рупий», – что было по тем временам крупной суммой. На следующее утро Морис пришел пешком с 10 000 рупий в банкнотах по 100 рупий!
«Начинай работать, Налини!» – сказал он. Так учил мой Гуру: прямой акт сострадания на практическом примере.
Морис Фридман родился в 1884 году в еврейском гетто Кракова, в Южной Польше, которая тогда была частью царской России.
Из воспоминаний Мориса, которыми он неохотно делился время от времени в течение нашего длительного и близкого общения, можно было заключить, что семья его была очень бедной. Его отец, ортодоксальный еврей, работал в синагоге. Мать шила, стирала и готовила, и старалась дать детям лучшее воспитание, какое могла, несмотря на то что на это почти не было денег. Морис до тринадцати лет не пробовал белого хлеба. Свою первую зубную щетку он купил, когда ему было пятнадцать.
Но Морис был рожден гением. Когда ему еще не было десяти, он читал и писал, используя кириллицу, латинский и еврейский алфавиты, и бегло говорил по-русски, по-польски, по-английски, по-французски и по-еврейски. Его отец хотел, чтобы Морис, его старший сын, стал раввином и вел безопасную, благочестивую и полезную жизнь, служа «избранному народу», который страдал под пятой царизма, и таким образом помогал им переживать гонения, возникавшие из-за широко распространенной расовой нетерпимости. Однако, способности Мориса были очень быстро замечены его учителями, которые дали ему возможность довести до конца то, что редко удавалось еврею, поступившему в царистскую русскую школу в тех краях. Он проявил себя исключительно хорошо и, получив наивысшую аттестацию среди 500 мальчиков на выпускных экзаменах, был допущен до экзаменов на соискание стипендии, где получил 95%, став лучшим во всей Польше. За это он получил государственную стипендию и возможность изучать то, что в то время привлекало его больше всего: курс по электротехнике. Ему еще не было 20, когда на его счету было уже около сотни патентов на изобретения в области механики и электротехники, одним из которых была «говорящая книга».
Вскоре его стали брать на работу в лаборатории, а потом и в исследовательские институты, и к 1925 году он объехал большую часть Европы, работал на немецких, датских и голландских промышленных предприятиях.
Однако, к 25 годам на поверхность стало прорываться то, чему предстояло стать устремлением всей его жизни. Он захотел «увидеть Бога». В течение нескольких лет он серьезно изучал Талмуд и другие еврейские религиозные книги. Однако, иудаизм недолго удовлетворял острый, смелый, логичный, не догматичный ум Мориса.
Тогда он перешел в Русское Православие и стал монахом, укрывшись в уединении одного из карпатских монастырей Южной Польши. В этот период произошел один случай, который ярко иллюстрирует характер Мориса. Вышло так, что в один прекрасный день «Сатана» искусил его прыгнуть в мощный водопад, чтобы «доказать свою веру» в Иисуса Христа и Церковь. И этот неустрашимый искатель Истины сразу же прыгнул вниз с обрыва в сто футов! Его спасли несколько кустов, в которых запуталась его сутана. В этом был весь Морис! Это было то, что вдохновляло, что вызывало любовь тысяч людей на протяжении тех 78 лет, что он прожил на этой земле.
К 1926 году Морис был «сыт по горло», как он однажды сказал нам, всеми православными догмами. «Верь в это, не делай того, делай это, повторяй за мной – меня не устраивало», – говорил он. Он хотел свободно искать везде отчаянно пытался сам для себя разобраться «зачем все это вообще». Примерно в то время он познакомился с Теософским Обществом и встретился с Анни Безан и Джидду Кришнамурти. С Кришнамурти он встречался в Швейцарских Альпах и много раз в Голландии в Саанене. В течение пятидесяти лет Морис был «очень-очень близок к Кришнамурти» и был самым серьезным и упрямым собеседником этого великого видящего.
К 1928 году он готов был эмигрировать во Францию в поисках работы и «новых приключений», как он выражался. Он приехал в Париж с большими надеждами, без денег, не зная, где жить. Но вскоре он увидел объявление в «Paris Soir» о новом электротехническом заводе в пригороде. Он предложил свои услуги и был тот час же принят. К 1934 году он стал генеральным директором завода.
В течение всего этого времени его главное стремление «найти и встретить Бога» не было забыто. Он жадно читал книги по религии, мистицизму и оккультизму. Он постоянно пробовал на себе все практики, о которых читал в огромной секции Национальной Библиотеки Парижа, посвященной этому предмету.
Потом неожиданно он наткнулся на Веданту. Он сосредоточенно изучал Упанишады, Гиту и Махабхарату в переводах на французский и немецкий. Его сильно привлекали книги Пола Брантона о Рамане Махарши. Это было первое знакомство с великим Мастером и тем, что стало для Мориса величайшим открытием: «Кто есть я?»
четверг, 22 сентября 2011 г.
Сиддарамешвар о Боге (из книги "Masterkey to Self-Realization"
Брахман богат Знанием. Вот почему он называется Ведо Нараяна. Он знает все три интервала времени (начало, середину и конец) и его характеристикой является Сандхья, которая есть пространство, промежуток между двумя мыслями. Ему поклоняются все люди и поэтому он также зовется Господином Земли (Бхудэва). Люди всех каст и вероисповеданий почитают этого Бога сознательно или нет. Почитающий может быть индусом, мусульманином, христианином, джайном, парсом или буддистом. Он может быть из любой страны: Ирана, Турции и т. д. – и все же он почитает только одного Бога, кем бы тот ни был. С этим ничего нельзя сделать. Когда этот Бог голоден, Ему предлагаются все виды пищи и питья. Перины и подушки ожидают, чтобы Он отдохнул на них. Если Ему захочется попутешествовать, для Него готовы машины, самолеты и многие другие средства транспорта. Чтобы обеспечить Его благоухающими гирляндами, есть много деревьев и лиан, которые расцветают множеством цветов. Все слуги и служители складывают ладони, готовые повиноваться Ему. Жена, дети, дворцы – все для Его развлечения, и они также место Его обитания. Бог пребывает в глубине сердца всех существ, и получает разные виды служения, воздаваемого Ему.
Но несмотря на Его величие и вездесущность, мы считаем некое тело Богом и предлагаем ему все виды служения. Невежественные люди восприняли ложную идею и неверно поняли суть дела. Именно эта идея и разделила Бога и Его преданного. Чему тут особенно удивляться? Те кто осуществляют всякие действия, делают это только по одной причине: совершают поклонения Ему. Этот Великий Бог (Махадэва) наслаждается непрерывным ливнем чувственных объектов в форме звуков, форм, прикосновений, вкусов и запахов. Он получает все то, что имеет природу пяти инструментов чувственных действий и пяти инструментов познания. Тот преданный воистину славен, кто понимает этот секрет Великого Бога, Махадэвы. Всякое естественное действие такого преданного посвящено Брахману. Пчелы, птицы, насекомые и даже муравьи выполняют поклонение этому Богу. Однако у них нет интеллекта, чтобы понять это, поэтому их нельзя обвинить в невежестве. Однако, это и вправду несчастье, что обладающий интеллектом человек не понимает, что всякое его повседневное и случайное действие совершается исключительно ради этого Единого Бога. Как печально, что этого не понимают.
Этот Бог есть то же самое что «Царь Знания», который, проглатывая пищу, ощущает ее вкус и получает удовольствие. Это Он отличает благоуханье от смрада. Это Он понимает, какой звук приятен, а какой режет ухо. Это Он отличает красивую форму от пугающей и безобразной. И это опять таки Он, тот кто понимает, что одно прикосновение мягкое, а другое неприятное. Он присутствует всегда, будучи верховным правителем в сердце каждого существа. Как же ошибочна сама идея, что мы поклоняемся какому-либо другому Богу, кроме Него!
Просто подумайте, какому Богу поклоняются, когда христиане поклоняются Христу, индусы Вишну или Шиве, парсы Зороастру или буддисты Будде. Разве не поклоняются они просто трупам вышеперечисленных Богов? Но каковы при этом чувства поклоняющегося преданного? Попроси человека любой религии описать своего Бога, и он ответит: «Мой Бог – это Сознание, Свет, Целостность. Он Всеведущ, Вездесущ и Всемогущ, Он в душе каждого и он владеет всем, не рожден и никогда не умрет». Разве кто-нибудь скажет, что его Бог – это камень или скала или глина или металл, разве скажет, что Бог тяжелый, тупой, не наполнен сознанием, или что Он слабый, слепой и глухой?
Из этого ясно, что будь то Христос, Будда, Зороастр или еще какой угодно Бог, Его природа будет полна Сознания, а Он будет полон «Божественными Качествами». Если кто-либо обладает всеми такими качествами, тогда это указывает на то, что «Сей есть Абсолютный Парабрахман». Он Васудэва в форме Знания, которое присутствует в сердце каждого. Только этот Бог пребывал в Мохаммеде, и сердце Христа было наполнено этим Единым Богом. Благодаря этому, а не какому-то иному Богу поддерживались качества Вишну (Хранителя). Всякий преданный, кем бы он ни был и какому бы Богу ни поклонялся, поклоняется «Единой Внутренней Самости». Знаки почитания, оказанные любым другим Богам, доходят только до этого Единого Бога (Кешава, Наша Собственная Внутренняя Природа). В этом «Абсолютная Истина». Формы всех вышеперечисленных Богов – это только храмы Единого Бога, Атмадэвы. Все имена относятся к Его храмам. Он присутствует во внутренних пределах всех этих форм. Он находится в формах всех существ и принимает всякое их поклонение.
Какие бы действия ни совершались Явным Телом, и какие бы фантазии или желания, концепции или сомнения ни проскакивали в уме – все это случается ради этого Бога, для того чтобы ублажить его. Если вы распознаете это в полной мере, дело сделано. Все вы что-то делаете посредством тела или ума. Если вы скажете: «Мы этого делать не хотим», – вы не сможете прекратить действие. Что бы вы ни делали, тот кто делает и тот кто наслаждается вашими делами – это только Бог (Самость). Только этот факт должен осознаваться каждое мгновение.
Таким образом, все благие и неблагие действия становятся посвящены Брахману, а искатель остается абсолютно свободным. Это то, что называется «Дняна Ядня», Жертва через Знание. Когда ты приходишь или уходишь, разговариваешь или глотаешь пищу, когда забираешь или отдаешь, стоишь или сидишь, совершаешь любое действие дома или на улице, или когда в постели наслаждаешься сексом – оставь всякий стыд и думай только о Боге.
В предыдущем параграфе объяснялось, как Единое Знание и только оно играет все роли сразу. Созерцать это значит созерцать Бога. Телесное сознание должно быть превращено в Само-Сознание. Заключение о том, что только Самость совершает все, само по себе есть состояние Освобождения. Такой совет давал Самарта Рамдас. Даже святой Тукарам просил об этом даре Бога: «Пусть я никогда-никогда не забуду Тебя». Так же и мы никогда не должны забывать Самость. И тогда избавление обязательно упадет к вашим ногам. Как раньше эта веревка в форме ума вилась в направлении телесного сознания, теперь она должна виться в обратном направлении Само-Сознания. Потом веревка разовьется, нити будут трепаться на ветру, и не останется ничего, что можно было бы назвать веревкой.
Но несмотря на Его величие и вездесущность, мы считаем некое тело Богом и предлагаем ему все виды служения. Невежественные люди восприняли ложную идею и неверно поняли суть дела. Именно эта идея и разделила Бога и Его преданного. Чему тут особенно удивляться? Те кто осуществляют всякие действия, делают это только по одной причине: совершают поклонения Ему. Этот Великий Бог (Махадэва) наслаждается непрерывным ливнем чувственных объектов в форме звуков, форм, прикосновений, вкусов и запахов. Он получает все то, что имеет природу пяти инструментов чувственных действий и пяти инструментов познания. Тот преданный воистину славен, кто понимает этот секрет Великого Бога, Махадэвы. Всякое естественное действие такого преданного посвящено Брахману. Пчелы, птицы, насекомые и даже муравьи выполняют поклонение этому Богу. Однако у них нет интеллекта, чтобы понять это, поэтому их нельзя обвинить в невежестве. Однако, это и вправду несчастье, что обладающий интеллектом человек не понимает, что всякое его повседневное и случайное действие совершается исключительно ради этого Единого Бога. Как печально, что этого не понимают.
Этот Бог есть то же самое что «Царь Знания», который, проглатывая пищу, ощущает ее вкус и получает удовольствие. Это Он отличает благоуханье от смрада. Это Он понимает, какой звук приятен, а какой режет ухо. Это Он отличает красивую форму от пугающей и безобразной. И это опять таки Он, тот кто понимает, что одно прикосновение мягкое, а другое неприятное. Он присутствует всегда, будучи верховным правителем в сердце каждого существа. Как же ошибочна сама идея, что мы поклоняемся какому-либо другому Богу, кроме Него!
Просто подумайте, какому Богу поклоняются, когда христиане поклоняются Христу, индусы Вишну или Шиве, парсы Зороастру или буддисты Будде. Разве не поклоняются они просто трупам вышеперечисленных Богов? Но каковы при этом чувства поклоняющегося преданного? Попроси человека любой религии описать своего Бога, и он ответит: «Мой Бог – это Сознание, Свет, Целостность. Он Всеведущ, Вездесущ и Всемогущ, Он в душе каждого и он владеет всем, не рожден и никогда не умрет». Разве кто-нибудь скажет, что его Бог – это камень или скала или глина или металл, разве скажет, что Бог тяжелый, тупой, не наполнен сознанием, или что Он слабый, слепой и глухой?
Из этого ясно, что будь то Христос, Будда, Зороастр или еще какой угодно Бог, Его природа будет полна Сознания, а Он будет полон «Божественными Качествами». Если кто-либо обладает всеми такими качествами, тогда это указывает на то, что «Сей есть Абсолютный Парабрахман». Он Васудэва в форме Знания, которое присутствует в сердце каждого. Только этот Бог пребывал в Мохаммеде, и сердце Христа было наполнено этим Единым Богом. Благодаря этому, а не какому-то иному Богу поддерживались качества Вишну (Хранителя). Всякий преданный, кем бы он ни был и какому бы Богу ни поклонялся, поклоняется «Единой Внутренней Самости». Знаки почитания, оказанные любым другим Богам, доходят только до этого Единого Бога (Кешава, Наша Собственная Внутренняя Природа). В этом «Абсолютная Истина». Формы всех вышеперечисленных Богов – это только храмы Единого Бога, Атмадэвы. Все имена относятся к Его храмам. Он присутствует во внутренних пределах всех этих форм. Он находится в формах всех существ и принимает всякое их поклонение.
Какие бы действия ни совершались Явным Телом, и какие бы фантазии или желания, концепции или сомнения ни проскакивали в уме – все это случается ради этого Бога, для того чтобы ублажить его. Если вы распознаете это в полной мере, дело сделано. Все вы что-то делаете посредством тела или ума. Если вы скажете: «Мы этого делать не хотим», – вы не сможете прекратить действие. Что бы вы ни делали, тот кто делает и тот кто наслаждается вашими делами – это только Бог (Самость). Только этот факт должен осознаваться каждое мгновение.
Таким образом, все благие и неблагие действия становятся посвящены Брахману, а искатель остается абсолютно свободным. Это то, что называется «Дняна Ядня», Жертва через Знание. Когда ты приходишь или уходишь, разговариваешь или глотаешь пищу, когда забираешь или отдаешь, стоишь или сидишь, совершаешь любое действие дома или на улице, или когда в постели наслаждаешься сексом – оставь всякий стыд и думай только о Боге.
В предыдущем параграфе объяснялось, как Единое Знание и только оно играет все роли сразу. Созерцать это значит созерцать Бога. Телесное сознание должно быть превращено в Само-Сознание. Заключение о том, что только Самость совершает все, само по себе есть состояние Освобождения. Такой совет давал Самарта Рамдас. Даже святой Тукарам просил об этом даре Бога: «Пусть я никогда-никогда не забуду Тебя». Так же и мы никогда не должны забывать Самость. И тогда избавление обязательно упадет к вашим ногам. Как раньше эта веревка в форме ума вилась в направлении телесного сознания, теперь она должна виться в обратном направлении Само-Сознания. Потом веревка разовьется, нити будут трепаться на ветру, и не останется ничего, что можно было бы назвать веревкой.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)